ИНСАЙТЫ | Шэньчжэнь: основан на заводах, но не город заводов

Время чтения: 8 мин
Ультрасовременная штаб-квартира Tencent нависает над районом Наньшань в Шэньчжэне 12 ноября 2019 года (Источник изображения: TechNode/Ши Цзяи)

(Автор статьи: Дэвид Коэн)

Нас часто спрашивают, в чём разница между основными технологическими центрами Китая в Пекине и Шэньчжэне. Является ли тот или другой Кремниевой долиной Китая? Шэньчжэнь — это правда только хардвер?

На прошлой неделе команда Technode была в Шэньчжэне на недавней конференции TechCrunch. Это был отличный шанс попытаться выяснить ответы на эти вопросы. Я использовал его, спрашивая всех, кого встречал: «Что такое Шэньчжэнь? Шэньчжэнь — это только хардвер?»

Я узнал, что настоящая Кремниевая долина Китая — это Хайдянь — технологический центр, который возник из университетов и в котором сосредоточены фундаментальные исследования, крупнейшие венчурные капиталисты страны и большинство знаменитых интернет-компаний. Шэньчжэнь — это то, чего нет у США — он основан на заводах в том же смысле, в котором Кремниевая долина и Хайдянь основаны на университетах.

Китайский технологический бум создал на этом заводе концентрацию не только передовых продуктов и технологий производства, но и — что более важно — электронной коммерции. Сделав китайского потребителя, а не контейнеровоз конечным пунктом назначения большинства продуктов, электронная коммерция помогла Шэньчжэню перерасти дешёвый экспортный центр.

В итоге: шэньчжэньский хаб помнит свои заводские корни, но его заводы — хорошая основа для передовых разработок в таких областях, как интернет вещей, промышленный AI и робототехника. Город, однако, слаб в фундаментальных исследованиях, образовании, талантливых программистах и финансировании. Амбициозный план Greater Bay Area предусматривает нечто более похожее на Кремниевую долину в будущем, но не задирайте нос на производство. Заводы — это прямой путь в будущее, которое вы не сможете увидеть из Пало-Альто или Пекина.

Бренды: если посмотреть, кто именно расквартирован в Шэньчжэне, можно сразу увидеть тему хардвера — с огромными исключениями в виде софтверного конгломерата Tencent и гиганта финансовых услуг Ping’an. Крупные компании с хардверными корнями (порядок перечисления не важен) включают:

  • Huawei (телекоммуникации)
  • ZTE (телекоммуникации)
  • DJI (дроны)
  • Aqara (умные дома)

Спросите кого—нибудь в Шэньчжэне о Пекине, и вы услышите несколько характерных слов — фундаментальные исследования, брендинг и «инновации бизнес-модели». Здесь вы найдете большинство компаний, которых легко сравнить с американскими аналогами:

  • Baidu (поиск, китайский Google)
  • Bytedance и Kuaishou (социальные сети, китайские Facebook и Twitter)
  • Meituan и Didi (O2O-услуги, китайский Uber)

Мекка для DIY-щиков: в 1980-х годах основой Шэньчжэньского хаба были небольшие заводы, производившие основные электронные компоненты — и знаменитый рынок электроники в Хуацянбэе, где эти компоненты продавались в казавшемся бесконечным море маленьких киосков. Самое известное изображение атмосферы этого места — это странное видео «собери свой собственный iPhone».

Корпоративные цепочки поставок уже давно отошли от рынка электроники, а сам он диверсифицировался до таких областей как оптовая электроника.

Но генеральный директор Trouble Maker Хенк Вернер рассказал нам, что рынок по-прежнему необходим для прототипирования аппаратного обеспечения стартапов. Разработчики продуктов из его хардверного акселератора, расположенного на седьмом этаже одного из зданий рынка, имеют доступ к двум ресурсам, недоступным больше нигде в мире: непосредственный доступ к электронным компонентам для прототипирования и знание рынка, о котором не рассказывают в программах для инженеров-электриков о том, что можно найти, что экономически эффективно, и что будет вписываться в реальные производственные процессы. Неудивительно, что другие хардверные акселераторы, в том числе HAX, также расположены на рынке. (Если вы заинтересованы в хардверных акселераторах, обязательно узнайте про Shenzhen Valley Ventures).

Майк Рид, ведущий инженер мехатроники в HAX, предупредил, что выход на рынок — это не всегда правильный подход к прототипированию. Только его масштаб делает поиск компонентов нелёгкой задачей, и может быть более эффективным использовать доверенного посредника. Рынок также посвящён в основном стандартным компонентам — для фирменных или специализированных продуктов, говорит Рид, ответ, как и для всего остального в Китае, по-прежнему Taobao.

«Хардвер — это софтвер»: заводы для Шэньчжэня то же, что Стэнфорд для Кремниевой долины — они всё ещё формируют его характер, но это не всё. Томас Голец, соучредитель и генеральный директор координатора технологических сообществ MGI, говорит, что центр заводов привлекает и софтверные таланты по мере развития:

Шэньчжэнь — это не оборудование, это производство. Когда мы говорим о производстве, мы говорим об электронной коммерции; когда вы говорите об электронной коммерции, вы говорите о софтвере.

На провинциальном уровне правительство Гуандуна ожидает, что за текущий пятилетний план сектор электронной коммерции станет почти в два раза больше, чем электроника, составив 7.3 трлн юаней (около 1 трлн долларов США) против 4 трлн юаней.

Энтони Лоуренс, основатель региональной новостной платформы Greater Bay Insights, заявил, что региональная и общегосударственная политика сейчас подталкивает технологии переходить на низкобюджетные заводы. Вместо того, чтобы перемещать текстильные заводы во Вьетнам и Бангладеш, говорит Лоуренс, политики надеются сохранить промышленность в регионе, повысив его эффективность и добавленную стоимость.

Кроме того, Голец говорит: «хардвер — это софтвер». IoT, дроны и робототехника управляются встроенным программным обеспечением, и это ПО часто разрабатывается в Шэньчжэне. Вернер утверждает, что такие компании, как Aqara, чьи продукты продаются под брендом линии смарт-дома Xiaomi в Пекине, и Tuya (со штаб—квартирой в Ханчжоу) — это будущее Шэньчжэня. Вместо того, чтобы собирать проекты других компаний, эти компании «всё-в-одном» разрабатывают и производят полные продукты IoT, только без фирменного знака, получая гораздо больше прибыли.

Неиндустриальные гиганты: две крупнейшие компании Шэньчжэня, Ping’an и Tencent, не основаны на производстве, и Лоуренс говорит, что каждая из них создала свой собственный кластер. Ping’an, первоначально страховая компания, развернулась к финтеху. Её программа инкубаторов, ориентированных на финтех, «штампует» стартапы. Tencent концентрирует AI-специалистов в своём собственном R&D, а также спонсирует AI-парк совместно с правительством Чжухая. Генеральный директор китайской платформы совместной разработки продуктов Wikifactory Чанс Цзян упоминает ещё один кластер, связанный с Tencent, в соседнем Гуанчжоу, где софтверные компании специализируются на разработке мини-программ для Wechat (со штаб-квартирами в городе).

Где университеты? Технологический центр Пекина вышел из южных ворот Пекинского университета. Он и Цинхуа остаются ключевыми драйверами технологий в городе, проводя фундаментальные исследования и подпитывая бизнес, активно занимающийся научными исследованиями — гигантов компьютерного зрения (Mengvii, Sensetime) и знаменитую Пекинскую исследовательскую лабораторию Microsoft. Но во всей провинции Гуандун есть только три ключевых государственных университета — по сравнению с 27 в Пекине, а в Шэньчжэне — ни одного. Правительство пыталось восполнить этот пробел с помощью внешних кампусов международных, гонконгских и ведущих китайских университетов. Но источники соглашаются в том, что лучших талантов они привлечь не в состоянии.

В докладе Научно-исследовательского института Цинхуа 2018 года о развитии AI было установлено, что Пекин доминирует в академических талантах, причём с двухкратным превосходством по ведущим исследователям перед занявшим второе место Сианем. Шэньчжэнь даже не упоминается TOP-10 в отчете (хотя там действительно говорится, что Huawei возглавляет корпоративные рейтинги).

Беспорядки в Гонконге, говорит Лоуренс, могут стать возможностью для перемещения ресурсов через границу. Все лучшие университеты города имеют кампусы в Шэньчжэне, и многие студенты в наиболее пострадавшем (и теперь закрытом на семестр) Китайском университете Гонконга — жители материка — эвакуировались в Шэньчжэнь.

Будучи не в состоянии выпускать талантливых исследователей, город надеется купить их — как и во многих китайских городских правительствах, оказавшихся замешанными в так называемой «войне за таланты», Шэньчжэнь платит обладателям учёных степеней за переезд в город — размер выплат составляет до 1.5 миллиона юаней для обладателей докторской степени и выше для опытных исследователей.

Финансирование: Шэньчжэнь имеет здоровую сеть венчурных компаний и собственную фондовую биржу, но многие технологические компании Шэньчжэня отказываются выходить на неё. Цзян говорит, что предприниматели из Южного Китая часто предпочитают начать со среднего размера, а не торговать акциями за рост — типичная местная технологическая фирма, по его словам, построена вокруг возможности продаж и растёт за счёт доходов, никогда не выходя на венчурных капиталистов или рынки. Некоторым удаётся найти золотую жилу и вырасти в гигантов, но большинство довольствуется серединой.

С официальной точки зрения это слабость — государству нужны чемпионы, а не малые и средние предприятия по принципу «прекрасное в малом». Чиновники опубликовали планы по стимулированию большего числа компаний к привлечению средств для роста.

Мир венчурных компаний Шэньчжэня меньше, чем Пекина, и почти все долларовые фонды с китайским участием находятся в столице, но некоторые источники говорят о венчурных компаниях, которые имеют опыт работы с такими клиентами, как Huawei, и более терпеливы к длительным срокам разработки оборудования. Ли Юнси, инвестиционный менеджер Tamarace Capital, сообщил TechNode, что:

Пекинский венчурный капитал происходит из госкомпаний, и любит тяжелые капиталовложения и быстрое IPO. Венчурный капитал Шэньчжэня хочет развивать проекты смарт-производства благодаря развитой обрабатывающей промышленности в дельте Жемчужной реки.

Другие источники, однако, сообщили по Wechat, что шэньчжэньские венчурные капиталисты бывают ещё более нетерпеливыми — у многих есть физические лица в качестве вкладчиков, и они требуют возврата средств всего за пять-семь лет.

А что насчёт Дельты Жемчужной реки? Шэньчжэнь находится в центре одной из любимых инициатив Пекина — мегалополиса Дельты Жемчужной реки, объединяющего 11 городов и 80 миллионов человек в один пограничный супергород. Политика проводится тонко и в основном затрагивает транспортную инфраструктуру. Но Лоуренс говорит, что планы властей ставят знакомый вопрос о будущем Шэньчжэня: это только хардвер?

Шэньчжэнь дорожает, и многим заводам приходится переехать. Вопрос заключается в том, останутся ли они в регионе — планы требуют, чтобы они переехали в Дунгуань и пригороды Гуанчжоу — или вообще покинут Китай. Политики, говорит Лоуренс, не хотят следовать по пути Кремниевой долины, который оставил хардвер позади — они хотят сохранить его, одновременно осваивая софтвер.

На данный момент технологический центр Шэньчжэня существует сразу на всех уровнях цепочки создания стоимости. Но чтобы продолжать двигаться вверх, ему нужно будет решить проблемы финансирования, исследований и образования — и чтобы не потерять своё преимущество в хардвере, ему нужно будет понять, как сбалансировать растущие зарплаты и арендную плату и дешёвое производство. Я не знаю, сможет ли он это сделать.